Саратовчанка накормила бандеровцев, чтобы не пропустить их в госпиталь - Саратов Сегодня
18+ 16 Мая 2021, Воскресенье, 12:38
«Вот эта любовь к Родине, которая находится в крови, в характере,
в генах нашего народа, делает нас сильными, объединяет вокруг общих задач»
Владимир Путин
Политика Общество Интервью Культура и наука Слухи Прохиндиада Выборы Прямая речь Ракурс Он-лайн Фото Видео Архив

Саратовчанка накормила бандеровцев, чтобы не пропустить их в госпиталь

Саратовчанка накормила бандеровцев, чтобы не пропустить их в госпиталь - Саратов Сегодня27/05/2014 16:14 Вся жизнь Елены Михайловны Зориной – как сценарий добротного отечественного фильма. Сценарий обязательно черно-белого кино про войну с ее ужасами, тяжкими испытаниями и захватывающими поворотами сюжета, и мирное послевоенное время, в которое труд во благо родной страны граничил с самоотречением.

В этом году Елене Михайловне исполнилось девяносто лет. Признанная лучшим менеджером России, она до сих пор успешно руководит легендарным магазином «Белочка» на проспекте Кирова, а в прошлом у этой сильной женщины остались тяготы службы на передовой, воспитание детей-близнецов и перевыполнение плана по снабжению города и области дефицитными в советское время сладостями. Сегодня мало кто из саратовцев знает и помнит о том, что именно ей – в то время молоденькой и хрупкой девчушке - за год до окончания войны с фашистской Германией удалось предотвратить нападение отряда бандеровцев на военный госпиталь с ранеными советскими бойцами. За этот подвиг Елену Михайловну Зорину наградили самой почетной из всех ее правительственных наград – орденом Отечественной войны второй степени. А самый выстраданный свой знак отличия она получила за участие в обороне и освобождении Сталинграда…


«…мне не было восемнадцати лет, но я решила, что пойду служить в армию»

Когда началась война, я училась в восьмом классе. А с октября по декабрь месяцы 1941-го года восьмые и девятые классы в школах стали закрываться. Как-то вечером нас, детей, посадили в пассажирский поезд и отвезли в Татищевский район до станции Кологривовка. Там мы рыли противотанковые рвы шириной в три и глубиной в два с половиной метра, чтобы танки не могли пройти на Саратов и дальше на Урал.
Потом нас собрали на митинге, на который специально приехал Ворошилов. Выступая, он обратился ко всем присутствующим – а нас было очень много – с вопросом, кто и чем может помочь в том, чтобы не пропустить немцев на Саратов - какую посильную и непосильную помощь может оказать. Саратов нужно было сохранить, ведь на его территории располагались три стратегически важных объекта: железнодорожный мост, завод «Крекинг» и авиационный завод.

В то время мне не было восемнадцати лет, но я решила, что пойду служить в армию. В декабре мы приехали домой, и я пошла в военкомат, а там мне сказали: «Мы не можем Вас призвать, потому что Вам еще не исполнилось восемнадцати лет». Но моя сестра работала в ЗАГСе, и я попросила ее выдать мне справку с завышением моего настоящего возраста на один год. С этой справкой я снова пошла в военкомат, и там мне сказали ждать получения повестки. В апреле месяце меня призвали в армию. Вместе с другими девушками нас привезли в Энгельс, выдали нам юбки, мужские гимнастерки и американские ботинки на толстой подошве. У гимнастерок пришлось ушить рукава, и мы стали в них ходить. После Энгельса нас переправили в Базарный Карабулак, где мы должны были пройти военную подготовку для службы в войсках воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС). Нас определили в 99-й отдельный батальон. Когда мы проходили в нем службу, к нам приехал майор из Сталинграда и спросил, желает ли кто-нибудь отправиться на передовую. Кроме меня, поехать вызвалась еще одна девушка. В машине, по пути на место, майор сказал мне, что в Сталинграде идут большие бомбежки, телефонная связь не работает, и поэтому правительство приняло решение установить радиостанции, а в самом городе уже ждет пополнение девушек из Мордовии, Ульяновска и Пензы. «Я Вам даю неделю на то, чтобы Вы их подготовили, - сказал он мне, - Ваш пост будет состоять из тринадцати человек, вы будете называться 43-й радиобатальон». Когда я приехала в Сталинград, там на самом деле были девушки, я позанималась с ними неделю, а потом мы приступили к своим обязанностям. В самом городе происходила страшная бойня, шли ожесточенные бои, и все уничтожалось бомбежками.

Бандеровцы «были голодные, грязные и вонючие»
После разгрома немцев под Сталинградом, мы прошли Ростовскую область и всю Украину, вплоть до западной ее части, города Стрый, в котором мы остановились и несли службу как 43-й отдельный радиобатальон.

В Стрые мы жили и работали в частном доме, куда нас поместил комендант, и доступа к нам ниоткуда не было. Но в полтретьего ночи десятого октября 1944 года на нас напали бандеровцы. Они были голодные, грязные и вонючие. И я сказала своим девушкам: «Вскипятите чайник и хорошо накормите их». Я сделала это, чтобы отвлечь от себя внимание, а сама побежала к радисту: «Срочно вызывай начальника НКВД и давай радиограмму в погранотряд». Погранотряд приехал в семь часов утра и освободил нас от бандеровцев. Куда их увезли, и сколько их было, я не знаю. В моем наградном листе значится, что их было около двухсот человек, но, как мне показалось, их была тьма. И, слава богу, что они не прошли. Я боялась, что они нападут на госпиталь с неходячими больными и перестреляют раненых прямо в постелях. Этот госпиталь находился в городе, и никакой связи с ним, кроме нашей радиостанции, не было. А рядом была тюрьма из самана, из которой они должны были освободить своих – на самом деле, бандеровцы направлялись туда.

После этого инцидента нас перебросили на границу Румынии и Молдавии, в город Бельцы возле реки Прут, где шли ожесточенные бои. В день мы до восемнадцати раз меняли дислокацию: сначала продвигались на десять метров вперед, потом отступали на двадцать метров назад, затем снова вперед на пятьдесят метров и снова назад. Немецкая разведка работала там очень активно, а из Румынии долетали немецкие самолеты. Не успевали наши солдаты или техника встать на мост, как они бреющим полетом на высоте примерно пятьсот метров начинали их бомбить. В Бельцы даже приехал сам Жуков и собрал на совещание всех генералов. Я присутствовала на этом мероприятии. Жуков интересовался у каждого, какие у кого есть предложения, и все предложения выслушивал. На следующий день в два часа пополудни наши самолеты и наземная военная техника прошли вперед, и Прут был освобожден, а наши войска встали на территории Румынии. Потом развернулись сильные бои за освобождение Венгрии, а после того, как ее освободили, наша армия дошла до Австрии. В Австрию мы вступили 27 апреля 1945 года и простояли на ее территории до 20 сентября 1945 года.

Всю неделю нас учили, как правильно подойти за наградой

Я смотрю на современных детишек – они очень щупленькие, наверное, и я была такой же в восьмом классе. Я любила смеяться. Рассмешить меня в то время было очень просто. Когда меня отправляли на фронт, я не боялась. Помню, пока нас везли туда на машине, меня спросили: «Ты не боишься ехать на передовую?» Я ответила: «Я еще не видела, что это. Вот приеду, увижу, и тогда смогу сказать». А увидела я бомбы, взрывы, стрельбу… И вот тогда стало страшно.

Не знаю, по какой причине меня всегда посылали на особо опасные задания, но я была очень дисциплинированная, очень исполнительная, и ни с кем не позволяла себе вступать ни в какие пререкания. Моих родителей даже благодарили за такое воспитание дочери. Ведь девушкам в армии не делали никаких поблажек. Мы точно так же, как и мужчины, участвовали в военных занятиях – тренировались ползком, с автоматом, при этом носили на себе противогазы и саперные лопаты, а на плечах - свернутые в трубочку шинели. Нам давали наряды вне очереди: в Базарном Карабулаке я мыла установленные на улице туалеты, по-черному топила баню, ведрами таскала воду в громадные чаны, чтобы могли вымыться триста человек - и слезы у меня текли в тридцать три ручья. Однажды с истощением нервной системы меня даже направили в тыл за тридцать километров для того, чтобы я десять дней могла отдохнуть. Но я пробыла там всего шесть дней, а потом за мной прислали машину и привезли обратно на мою точку.

А однажды пришла радиограмма, в которой приказывалось подготовить нас к награждению – научить, как правильно подавать руку, как правильно подойти за наградой. Всю неделю нас, тринадцать девчонок, тренировали. А 17 мая 1945 года в театре оперы и балета нам вручали ордена. Театр был весь в золоте и сиял, играл оркестр, обстановка была очень торжественная. Мы подходили к сцене по одному, и я не чувствовала, как я шла: все мысли были только о том, чтобы правильно подать руку, правильно взять под козырек и правильно пройти.

Пятикилограммовая банка тушенки и дефицитный шоколад

26 сентября 1945 года нас демобилизовали, а в качестве подарка выдали каждому по пятикилограммовой банке тушенки, при этом предупредили, чтобы дома мы обязательно угостили этим гостинцем своих соседей и родственников. Вообще момент расставания было очень торжественным и грустным, на глаза наворачивались слезы.

Мы вернулись в Саратов, и уже на следующий день нас пригласили в обком партии. Там стояли несколько столов, за каждым из которых сидели девушки и парни и спрашивали нас, кто где хочет учиться или работать. Можно было стать товароведом, бухгалтером, ревизором и даже третьим секретарем райкома или инструктором - например, если в армии я была секретарем комсомольской или партийной ячейки, я могла написать заявление на третьего секретаря райкома, а если не была, то на инструктора. Я выбрала специальность товароведа продтоваров, хотя на тот момент даже не знала, что это такое. Уже с 1 октября нам освободили весь второй этаж института механизации, и там мы занимались. Нам выделили отличных преподавателей, которые окончили ленинградские промышленные и продовольственные институты. Мы учились по программе техникума, и после ее окончания меня направили мастером производственного обучения в торговое училище в Саратове, где я готовила продавцов-продовольственников. В то время меня пригласили на работу в магазин «Чай» Фрунзенского района на должность директора, где я проработала двенадцать лет. А в 1962 году меня в приказном порядке перевели в «Белочку». Когда я только пришла в этот магазин, с товарами было очень плохо, и я начала ездить в командировки. Каждый раз, отправляясь в командировку, я надевала свою военную форму с орденами и медалями, и нигде, куда бы я ни приезжала, мне ни в чем не отказывали. Я брала в областном управлении торговые письма, ездила в Москву, Гомель, Львов, Ленинград и привозила оттуда по нескольку контейнеров весового шоколада, который здесь быстро расходился. Я обеспечивала кондитерскими изделиями Саратов и всю Саратовскую область: шоколада не было нигде, он был только в «Белочке».

О бандеровцах: «это не люди, это – фашисты»


Я шокирована тем, что сейчас творится на Украине, ведь я сама видела бандеровцев: это не люди, это - фашисты. Когда наши самолеты летали по Украине бреющим полетом, чуть ли не задевая верхушки деревьев так, чтобы немцы их не заметили, бандеровцы обстреливали их из автоматов. Они слепили советских летчиков прожекторами, стреляли по русским из-за угла. Русских они ненавидели. И сейчас такая же ситуация: в мирное, казалось бы, время, бандеровцы убивают всех подряд, убивают друг друга.
версия для печати
Автор фотографий: Екатерина ВЕЛЬТ
Автор: Екатерина ВЕЛЬТ

Интервью


Культура и наука

«ПОДПИСАЛСЯ САМ?! – ПОДПИШИ ТОВАРИЩА!»

Ракурс


Провинциальный телеграф

ПнВтСрЧтПтСбВС
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Фоторепортажи

Видеорепортажи

Прямая речь

< >
< >
< >
Сетевое издание «Саратовские областные новости». Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС77-75741, выдано 08 мая 2019 года Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель - ООО "Креатив-С"
Юридический адрес: г. Саратов, ул. Тараса Шевченко, д. 2А.
Контактный телефон: 23-65-01.
Адрес электронной почты: saroblnews@gmail.com
Главный редактор: Шмырев Михаил Викторович